Но за обычностью запрятывается внутренняя пробоина — чувство, что действительность кругом неполна, словно за ней запрятывается кое-что величественное и тревожное, что он пока не имеет возможности безусловно увидеть, но уже не способен игнорировать.
Ночкой данная вторая область его личности сходит для первый план, и Томас Андерсон преобразовывается в Нео — хакера, для которого числовое расстояние останавливается подлиннее местностью свободы. В сети он уже не подчинённый не безгласный субъект конторской машины, а человек, талантливый пробраться туда, значительно прочим конец закрыт. Ему не имеется в наличии серьёзно недосягаемых мест: он ломает барьеры, минует запреты и испытывает себя авторитетно собственно там, где другие теряются. Характер Нео обнаруживает в нём волю к поиску, непроницаемый мятеж насупротив препорученных рамок и рвение докопаться до истины, даже она скрыта глубже, нежели кажется.
Собственно контраст промежду Томасом и Нео создаёт кругом богатыря специализированное напряжение. Он живёт незамедлительно в двух обществах — в одном смиряется с правилами, в другом расстраивает их без колебаний. Таковое присутствие не имеет возможности простираться бесконечно, причинность заблаговременно сиречь поздненько двух доли его жизни соответственны столкнуться, обнаружив ему правду о самом себе и о мире, некоторый он считывал реальным.