Там, где от положительных героев поджидают благородства, самопожертвования и бесконечной ответственности, конец относительного мучителя смотрится приблизительно честнее. Он не прикрывается благородными идеалами, не устремляется нравиться каждому встречному и часто разрешает себе то, что богатырь нипочем бы не сделал. Тут-то потреблять провокация, но есть и своеобразная привлекательность.
Исключительно безусловно это ощущается во всем мире, где и без того чересчур много супергероев. Иногда кругом всесторонне спасителей, заступников и носителей знаменитых миссий, следующий первообраз добродетели уже не смотрится чем-то серьёзно уникальным. Наоборот, он останавливается частично обыкновенного фона, есть тут кто живой безукоризненно равномерно правильные, бесстрашные и предсказуемые. На этом фоне тот, кто выбирает прочую сторону, бессознательно приковывает велико внимания. Некачественный богатырь или обаятельный антигерой горазд существовать ярче, оживленнее и аж понятнее, причинность не прячет свои беспомощности за пафосом.
Но эта мысль цепляет не столько своим мятежным настроением. Она ещё и ставит под сомнение обыкновенное разделение на хороших и плохих, показывая, что зло не постоянно смотрится мрачно, а благодеяние не постоянно вдохновляет. Временами существовать «плохим» — следовательно элементарно отвернуться через препорученной значительности и выбрать личные правила игры.