Ненависть не исчезает, однако зарабатывает новоиспеченное измерение, поэтому что продолжать прошлую войну останавливается приблизительно бессмысленно. Напротив, сама действительность подталкивает их к тому, дабы хотя до поры до времени забросить о обоюдной ловле и заняться значительно больше безотлагательной проблемой — возвратить себе личную жизнедеятельность и личное тело.
Собственно потребность сначала очутиться в своей коже принуждает их объединить силы, впрочем доверие промежду ними прежде приблизительно отсутствует. Экий скреп исконно основывается на взаимной и вырванном терпении, следовательно, всякое корпоративное постановление сопровождается раздражением, недоверием и комическими или опасными столкновениями характеров. Но именно тут-то и кроется крепость сходственного сюжета: пускаясь совместно в приключение, герои принуждены не столько разыскивать порядок развалить ненормальное заклятие, однако и шаг за шагом распознавать доброжелатель товарища с внезапной стороны.
В конечном итоге летопись преобразовывается в живое, активное и самостоятельно ироничное приключение, где ворожба служит сложно красивым приёмом, а инструментом совершенного переворота в отношениях промежду героями. Погоня после методом всё отремонтировать мало-помалу обнаруживает не исключительно серьезности наружного пути, но также внутренние перемены, какие приключаются с каждым из них.