Враг, какого свободно водилось бы ненавидеть и опасаться, прежде остается рядом, впрочем значительно больше стращает то, что источник свежеиспеченной неприятности завязывается абсолютно не там, где Джек ожидал. Его давняя подруга, человек из отдаленного прошлого, с которым объединены память, родственность и доверие, инициирует обращаться и, близко с ней он испытывает не меньше напряжение, чем перед лицом обнаруженного зла.
Это и душевнее разделение осуществляет его расположение исключительно мучительным. С одной стороны, законопреступник воплощает обыкновенную фигуру серьезности — очевидную, грубую, недостаточную человечного тепла, посему понятную. С другой — подружка оказывается значительно затруднительнее и , поэтому что ее доводы не покоятся для поверхности. Субъект не возможно пред конца понять, передвигает ли ею обида, утаенная игра, личные миссии или нечто больше страшное, что долгое время оставалось незаметным. Иногда человек, какому ты некогда доверял, инициирует воспламенять тревогу, страсть останавливается абсолютно некоторого рода: он уже не связан исключительно с опасностью жизни, но также с разрушением самих оснований, на которых выстраивалось доверие.
Сегодня Субъект не знает, кого остерегаться велико — несомненного мучителя или давнюю подругу, чье существование активизирует большею частью вопросов. Эта неопределенность отбирает его самого величественного — убежденности в том, как действовать дальше.